В комнате сидели, кроме паши, еще несколько беев, двое наших представителей, епископ, молла и муфти. Только у этих трех духовных сановников были чубуки, остальные курили папиросы.
Молчали: я принуждал себя сидеть и глядеть почтительно.
Наконец паша спросил моего отца:
— Ну, что вы поделываете?
— Кланяюсь вашему превосходительству, нашему паше-господину.
— Et vous, m-r Yorgaki, vous allez bien aussi, j'espère?
— Parfaitement bien, excellence..
— Послать за вашею дочерью? — спросил паша. Отец встал и поклонился.
Паша ударил в ладоши и велел своему драгоману привести сестру.
Хризо пришла с родною теткой Хафуза, матерью Лигунис-бея, у которого жила в гареме. На ней было новое розовое атласное фередже и покрывало на лице.