Разговоръ, впрочемъ, и здѣсь, какъ у Киркориди, былъ не слишкомъ занимателенъ сначала. Консулъ съ радостью сказалъ отцу моему, что онъ недавно узналъ одну прелюбопытную вещь: «Я узналъ, что куры ѣдятъ муравьевъ».
Потомъ, когда отецъ мой передалъ г. Корбетъ де-Леси поклонъ отъ г. Вальтера Гея, старичокъ вдругъ раздражился, покраснѣлъ и какъ бы съ презрѣніемъ спросилъ: «Вспомнилъ онъ обо мнѣ? Это удивительно! удивительно!»
Отецъ послѣ сознался мнѣ, что г. Вальтеръ Гей никогда поклона г. де-Леси не посылалъ и вообще не хвалилъ и не любилъ его. Но отецъ лучше ничего не могъ придумать для того, чтобы начать рѣчь о своихъ дѣлахъ и о томъ, что надѣется на помощь могущественной Англіи, если турки начнутъ сильно тѣснить его по дѣлу его съ Петраки-беемъ и Хахамопуло.
Пока отецъ съ восторгомъ разсказывалъ о подвигахъ г. Вальтера Гея въ Тульчѣ, о томъ, какъ онъ на базарѣ прибилъ солдатъ, я внимательно смотрѣлъ на стараго джентльмена и замѣчалъ, что онъ недоволенъ. Онъ то дѣлалъ презрительное лицо, то слегка пожималъ плечами, то перемѣнялъ позу въ своемъ огромномъ креслѣ. Головка его старушечья еще больше затряслась.
Когда отецъ мой кончилъ и прибавилъ: «Я очень ему благодаренъ! Я могъ пріѣхать на родину, благодаря его энергіи, достойной представителя такой великой державы, какъ Великобританія!», г. де-Леси нѣсколько времени помолчалъ и потомъ, слегка наклонивъ головку на сторону, засмѣялся съ пренебреженіемъ: хе! хе! хе!..
— Вы не согласны со мной, г. консулъ? — спросилъ отецъ.
Г. де-Леси еще разъ: хе! хе! хе! и потомъ очень строго:
— Я, къ сожалѣнію, скажу вамъ, что не согласенъ съ вами, г. Полихроніадесъ!
— Съ чѣмъ же именно? — спросилъ отецъ.
— Со всѣмъ! — еще строже повторилъ старичокъ.