Ужаснулись люди и, спустившись съ неприступныхъ высотъ, поклонились туркамъ и получили помилованіе отъ нихъ.
Вотъ только тогда, когда загорѣлись всѣ эти бѣдныя села несчастной нашей Куренды, Евге́нко рѣшилась уѣхать въ Янину къ брату.
Богъ спасъ старушку! У Гриваса въ охотникахъ была, конечно, вмѣстѣ съ добрыми патріотами и всякая сволочь, жадная, безстрашная, свирѣпая. Эта сволочь не гнушалась грабить и христіанъ, когда въ чемъ-нибудь нуждалась.
Въ той самой пѣснѣ эпирской, въ которой родное село наше названо пустынное Франга́десъ, поется о подобномъ грабежѣ и нападеніи на христіанскіе дома.
„Ты пой, кукушечка, ты пой, какъ распѣвала прежде.“
— Я что́ спою? и что́ скажу? Какую рѣчь держать я буду?
Вотъ какаранца 10на горахъ, на самыхъ на верхушкахъ,
Собралъ все войско онъ свое и всѣхъ своихъ албанцевъ.
Ножи у нихъ дамасскіе и ружья всѣ готовы.
„Ребята, вы не бойтеся, ни капли не страшитесь!