Съ этими словами онъ показался въ дверяхъ балкона.
Я закрылъ себѣ лицо моею книжкой; но такъ, что могъ видѣть его немного. Благовъ, замѣтивъ меня, сначала какъ будто удивился и сказалъ:
— Ты здѣсъ?
Потомъ прибавилъ послѣ минутнаго колебанія (ахъ! какъ бы дорого я далъ, чтобы знать, что́ онъ думалъ обо мнѣ въ эту минуту? Не подумалъ ли онъ, что при мнѣ не надо читать эти стихи?):
— Поди, у меня на столѣ развернутая желтая книжка…
Я принесъ желтую книжку, и Благовъ, возвратясь на балконъ къ доктору, прочелъ ему съ большимъ чувствомъ нѣсколько французскихъ стихотвореній, изъ которыхъ одно я запомнилъ легче, потому что оно было очень просто, но поразительно.
Adieu, Suzon, ma rose blonde
Qui fut à moi pendant huit jours…
Les courts plaisirs de ce monde —
Font souvent les meilleurs amours!