— Не отдадут ее за Костаки! — говорим мы.
— Старуха Катинко — колдунья! Не бойтесь. Уж не знаю, отчего это я полюбила этого паликара? Или оттого, что мне за мои грехи Бог детей не дал; так уж ему душу всю отдаю!.. Будет, будет это! Пусть Костаки еще годик поторгует телятиной и немножко поправится деньгами!
Катинко призналась мне, что она и Софице говорила.
— Хочешь замуж, дочь моя? — сказала ей старуха. Софица только глаза опустила.
— Нет, ты мне скажи...
— Это воля отца моего, — говорит.
— А твоя воля?
Конечно, девица скромная на это не должна ответить... Да старуха успокоиться не могла.
Велела паликару пройти мимо окон, и позвали Софицу.
— Смотри, что, эта картинка хорошая?