Опять к архиерею.
— Пусть паша мне на бумаге приказание даст. А я без этого не могу. Патриарх еще недавно писал мне: острегайтесь, Высокая Порта строго требует, чтобы закон этот соблюдался...
— Так мы тайно его обвенчаем.
— Как знаете! А я узнаю, который поп венчал, так я его строгому церковному наказанию предам и прихода лишу.
Бросимся к одному попу, к другому, — все боятся. Опять к паше.
— Ваше превосходительство, вы бы изволили письменно разрешить архиерею.
— На что ему письменно. Это дело церковное. И в этих делах он не от меня, а от патриарха зависит.
Отыскал я одного старого попа, которого архиерей за бесчинства, пьянство и за драки с турками прихода лишил, но отлучен он не был и венчать мог. Этому хоть десять братьев рядом поставь с десятью родными сестрами, обвенчает всех по очереди!
Обещал ему три лиры. Он говорит:
— Хорошо, три с половиной мне нужно, потому что с портным за новый подрясник так сторговался!