— Полина — в малиновом тарлатановом с белым поясом, а в голову Катерина Николавна ей дала из зимнего сада две белые ammaryllis... Прекрасно!..
— Хороша, должно быть, была... Сколько же всех их танцевало?.. Две девочки — Маша и Оля, англичанка, Полина, Любаша... Варя — шесть пар всего.
— Нет, семь пар. Еще еврейка Дебора была... дочь винокура.
— Вот как! А в чем же это она была?
— В пестром бареже... Очень хорошенький бареж...
— Ишь ты, матушки! Ну, и та красива?
— Даже очень недурна.
Старуха вздохнула, покачала головой и усмехнулась.
— Потеха! — сказала она, — нашей сестре-старухе только и остается, что хохотать в углу... Жаль, что я поленилась, не поехала... Да весело ли было, по крайней мере?
— Так себе, — отвечал князь.