— Ну, пусть и ко мне зайдет...
Анна Михайловна была, по-видимому, рада и, шатаясь, пошла вперед. Любаша и Руднев за нею.
— Сколько верст отсюда до Троицкого: кажется, верст двадцать пять? — спросила девица.
— Да, будет около этого, — отвечал доктор.
— Я проезжала через Троицкое несколько раз. Как у них хорошо; я бы хотела там побывать.
Руднев не отвечал.
— У Полины тоже дом хороший, только там как-то, мне все кажется, должно быть лучше.
— Да, Новосильская хорошо живет, — сухо отвечал молодой человек.
Любаша замолчала, увидав, что он так неохотно разговаривает, и они перешагнули вместе через яму порога. Старик сидел с кочергой у печки, когда Руднева ввели к нему.
— Папа, Василий Владим1рыч Руднев, — сказала Любаша.