Прошлого года мне писали из Западного края, что там двое гвардейских офицеров рукоположены во священники.
Теперь оттуда же сообщают, что один офицер инженерной академии желает того же.
О враче Оболенском, который в Петербурге постригся в монахи, я вчера прочел в «Гражданине» (№ 54).
На днях здесь был еще один гвардеец. Он, как слышно, советовался с духовником – тоже о принятии священства.
Уверяют, что в Калуге такое же намерение имеет один офицер Киевского полка.
Прошлым летом здесь гостил с неделю и принимал участие в соборном богослужении 20-летний священник о. Сергий Веригин (женатый на графине Мусиной-Пушкиной); он состоит приходским в своем собственном имении Пензенской губ. Он посещал и меня, и мы с ним не раз подолгу беседовали. Я был до крайности утешен этим знакомством.
Один вид такого юноши в рясе, один вид такого изящного иерея – русского – и тот донельзя приятен.
Разве это не добрые вести, если все взять в совокупности? Ведь все эти частности, все эти отдельные случаи и примеры – они признаки и проявления чего-то общего и в высшей степени замечательного.
III
Есть и другие признаки.