– Кто сказал? – спросил Рауль, взяв ее маленькую ручку в свои руки. Она не отняла ее.
– Мой отец, мой бедный покойный отец. Помолчав секунду, он спросил:
– Ваш отец не сказал вам, что я люблю вас, Кристина, и что не могу жить без вас?
Она покраснела до корней волос и смущенно отвела от него взор.
– Вы любите меня? – произнесла она неуверенным голосом. – Вы, должно быть, потеряли рассудок, мой друг! – И она вызывающе рассмеялась.
– Не смейтесь, Кристина, прошу вас, это очень серьезно.
– Я не просила вас приезжать сюда, тем более для того, чтобы говорить такие вещи, – ответила Кристина мрачно.
– Неправда. Вы знали, что ваша записка не оставит меня равнодушным и я поспешу в Перрос. Как вы могли знать это, не догадываясь о моей любви?
– Я думала, вы запомнили наши детские игры, в которых часто принимал участие и мой отец… Хотя я не уверена, что я на самом деле думала. Возможно, мне не следовало писать вам. Но ваше неожиданное появление тогда в артистической комнате перенесло меня в прошлое, и я на– писала вам, как маленькая девочка, какой была когда-то, маленькая девочка, которая радуется, что у нее есть друг в то время, когда она так печальна и одинока.
Некоторое время ни один из них не произносил ни слова. Что-то в ее отношении казалось Раулю противоестественным, хотя он не мог сказать точно, что именно. Однако враждебности к себе он не чувствовал. Далеко нет. Печальная нежность, которую он улавливал в глазах Кристины, устраняла любое сомнение, которое у него могло появиться по этому поводу. Но почему она так печальна? Это ставило его в тупик и уже начинало раздражать.