– У вас нет мужа, и все же вы носите обручальное кольцо.
Он пытался задержать ее руку, но Кристина быстро отдернула ее.
– Это подарок, – сказала она, опять краснея и тщетно пытаясь скрыть свое смущение.
– Кристина! Поскольку у вас нет мужа, то это кольцо может быть подарено вам только мужчиной, который надеется стать вашим мужем. Почему вы обманываете нас? За что вы мучаете меня? Это кольцо – обещание, и это обещание принято.
– Я тоже сказала ей это! – воскликнула старая дама.
– И что она ответила?
– Я ответила то, что хотела! – произнесла Кристина с раздражением. – Не думаете ли вы, что этот допрос продолжается слишком долго? Что касается меня… Смущенный и напуганный тем, что Кристина вот-вот объявит о полном разрыве между ними, Рауль прервал ее:
– Прошу вас, простите меня. Вы хорошо знаете о благородном чувстве, заставляющем меня вмешиваться вдела, которых я, вероятно, не имею права касаться. Но позвольте мне рассказать вам о том, что я видел, – а я видел больше, чем вы думаете, – или, скорее, я думал, что видел, потому что каждый, переживший это, естественно, может и не поверить своим глазам.
– Что же вы видели или думаете, что видели?
– Я видел ваш восторг при звуке голоса, исходившего от стены или из соседней артистической комнаты. Да, ваш восторг! И это то, что заставляет меня опасаться за вас. Вы находитесь под влиянием опасных чар! И все же вы, кажется, сознаете обман, поскольку говорите теперь, что Ангела музыки нет. Но тогда почему вы опять последовали за ним? Почему вы встали с сияющим лицом, как будто действительно слышали ангела? Этот голос очень опасен, потому что я тоже впал в транс, слушая его, вы исчезли перед моими глазами, и я не знаю, как вам это удалось. Кристина! Кристина! Во имя неба, во имя вашего отца, который сейчас на небесах и который так любил вас и любил меня, скажите вашей благодетельнице и мне, кому принадлежит этот голос! Мы спасем вас от самой себя! Назовите это имя, Кристина. Назовите имя мужчины, который имел смелость надеть вам на палец золотое кольцо!