Тогда, удостоверившись, что все окна в обеих галереях наглухо заперты, я ставлю Фредерика Ларсана в конце сворачивающей галереи, перед тем самым окном, которое было открыто и которое я закрыл.

– Ни при каких обстоятельствах, – говорю я Фреду, – вы не должны покидать этот пост до тех пор, пока я не позову вас… Сто шансов из ста, что убийца вернется к этому окну и попытается бежать через него, когда за ним начнется погоня, ибо он пришел отсюда и здесь приготовил себе путь к отступлению. У вас очень опасный пост…

– А вы где будете? – спросил Фред.

– Я спрыгну в комнату и буду гнать его к вам!

– Возьмите мой револьвер, – сказал Фред, – а я возьму вашу дубинку.

– Спасибо, – ответил я, – вы отважный человек.

И я взял у Фреда револьвер. Мне предстояло столкнуться один на один с человеком, который писал там, в спальне, и этот револьвер пришелся как нельзя более кстати.

Итак, я расстался с Фредом, поставив его у окна 5, обозначенного на плане, и, все так же соблюдая величайшую осторожность, направился к апартаментам г-на Станжерсона, расположенным в левом крыле замка. Там я встретился с г-ном Станжерсоном и папашей Жаком, который выполнил мое указание, ограничившись тем, что сказал своему хозяину, чтобы он поскорее оделся. Тут я в нескольких словах поведал г-ну Станжерсону о том, что происходит. Он тоже взял револьвер и последовал за мной; вскоре мы – все трое – очутились в галерее. С тех пор как я увидел убийцу сидящим за столом, прошло никак не более десяти минут. Г-н Станжерсон хотел немедленно броситься туда и убить его – это казалось проще простого. Но я убедил его, что не следует рисковать, пытаясь убить его: он может уйти живым.

После того как я поклялся ему, что его дочери нет в спальне и что она не подвергается опасности, он, наконец, согласился смирить свое нетерпение и предоставил мне руководить всем происходящим. Я еще раз сказал папаше Жаку и г-ну Станжерсону, что они должны бежать ко мне на помощь лишь в том случае, если я позову их или выстрелю из револьвера, затем я поставил папашу Жака у окна, расположенного в конце правой галереи (окно это помечено на моем плане цифрой 2). Я выбрал этот пост для папаши Жака потому, что, как мне казалось, убийца, за которым я буду гнаться, выйдя из спальни, должен броситься по галерее к окну, которое он оставил открытым, а добежав до перекрестка двух галерей и увидев вдруг перед этим окном Ларсана, охраняющего сворачивающую галерею, кинется бежать дальше по правой галерее. Там он наткнется на папашу Жака, который не даст ему выпрыгнуть в парк через окно, находящееся в самом конце правой галереи. Именно таким образом должен был при подобных обстоятельствах действовать убийца, хорошо знающий обстановку (я лично в этом уже нисколько не сомневался). Под этим окном снаружи в самом деле имелось нечто вроде выступа. Тогда как все остальные окна галереи находились на такой высоте надо рвом, что практически невозможно было спрыгнуть с них, не сломав себе шею. К тому же все двери и окна были крепко-накрепко заперты, включая и дверь чулана с ненужным хламом, расположенного в конце правой галереи, в чем я сам убедился.

Итак, указав, как я уже сказал, пост папаше Жаку и удостоверившись, что он стоит в положенном месте, я поставил г-на Станжерсона у лестничной площадки, неподалеку от двери в прихожую его дочери. Все говорило за то, что когда я застигну убийцу врасплох, он попытается бежать из спальни через прихожую, а не через будуар, где находились женщины и дверь куда была, наверное, заперта самой мадемуазель Станжерсон, если, как я предполагал, она укрылась в будуаре, чтобы не встречаться с убийцей, который должен был прийти к ней. В любом случае он обязательно попадет в галерею, где у всех возможных выходов его будут ждать расставленные мной люди.