— Мы все голодны, — сказал я, — что ж делать…
Голод давно мучил меня. Становилось невмоготу…
— А если нас будут держать здесь, пока мы не умрем с голоду? — сказал Гитин.
— Ну и умрем… Что ж делать…
— Я бы не хотел так рано умереть…
Водворилось молчание. В этом молчании чувствовалось, что каждый думает крепкую думу, о которой не хочет поведать другому. В тайнике души каждый решал для себя вопрос жизни и смерти… Я решил так: если приходится умирать, то только бы скорее, поменьше мук…
— Что это тут опять шуршит?.. — навострил уши Гитин. — Слышите?..
— Крысы! — вскочил Шимон.
— Через меня перескочила!..
— Тут почему-то мокро… — сказал Гитин. — Вода… Вот и чашка… И хлеб… и хлеб!.. Ребята, хлеб!..