И протопоп рассказал жене все, что было с ним у Гремучего ключа во время грозы, и добавил, что отныне он живет словно вторую жизнь, не свою, а чью-то иную, и в сем видит себе укоризну, и урок.
Наталья Николаевна только моргала глазками и, вздохнув, проговорила:
— Что же? Благословен Бог твой, Савелий Ефимыч. Ты что ни учредишь, все хорошо.
— А того? — протопоп остановился. Ему хотелось узнать о дьяконе, вернулся ли Ахилла и какие привез ответы? Но старик понимал, что, верно, нет ничего хорошего, потому что иначе Наталья Николаевна уже поспешила бы его обрадовать.
— Ты, верно, насчет дьякона? — спросила его Наталья Николаевна.
— Да.
— Он приехал.
— Когда?
— Позавчера еще приехал.
— И что же?