Хохот и свисты устали. Двое молодых мальчишек было улюлюкнули, но две чьи-то руки дали им подзагривки, и толпа стала сама расходиться.
— Поучили, — проговорил, обратясь к Термосёсову, стоявший под окном рассыльный.
— И что ж им теперь будет? — спросил Термосёсов.
— Народу? — А что ж народу можно? — ничего.
— Ничего?.. Ишь, как рассуждает!.. Ах ты, этакая скотина! Как же ничего? Да вон Иван Грозный целые пятнадцать тысяч новгородцев зараз в реке потопил.
— Ну-к то ж времена, — отвечал, не обижаясь, рассыльный.
— Времена?.. Скажите, пожалуйста! А ты что ж понимаешь во временах? Стало быть, по-твоему, если в теперешние времена взять палку, да этот самый народ твой колотить, так ему ни капли и больно не будет?
— Да а кто ж его будет бить палкой?
— А полиция.
— А полиции что ж такое за антирес?