Анну Михайловну очень удивляло, почему князь не мог принять ее у себя и назначает ей свидание в ресторане, но от него это была уже не первая обида, которую ей приходилось прятать в карман. Анна Михайловна в назначенное время отправилась с Дорой к Вашету. Дорушка спросила себе чашку бульону и осталась внизу, а Анна Михайловна показала карточку, переданную ей лакеем князя.
Ее проводили в небольшую, очень хорошо меблированную комнату в бельэтаже.
Анна Михайловна опустилась на диван, на котором года четыре назад сиживала веселая и доверчивая с этим же князем, и вспомнилось ей многое, и стало ей и горько, и смешно.
"Каково-то будет это свидание?" - подумала она с грустной улыбкой.
"Поговорим о деле, о нашем ребенке, и пожелаем друг другу счастливо оставаться".
В дверь кто-то слегка постучался.
"Это его стук",- подумала Анна Михайловна и отвечала: "Войдите".
Вошел расфранченный господин, совершенно незнакомый Анне Михайловне.
- Вы госпожа Прохорова? - спросил он ее чистейшим парижским языком.
- Я,- отвечала она.