Долинский согласился.
- Только надо раньше идти, чтоб опять сырость не захватила,- сказал он.
- Пойдемте сейчас.
Был восьмой час вечера. Угасал день очень жаркий. Дорушка не надела шляпы, а только взяла зонтик, покрылась вуалью, и они пошли.
- Ну-с, сядемте здесь,- сказала она, когда они пришли на место своих обыкновенных надбережных бесед.
Сели. Даша молчала, и Долинский тоже. В последние дни они как будто разучились говорить друг с другом.
- Жарко,- сказала Даша.- Солнце садится, а все жарко.
- Да, жарко.
И опять замолчали.
- Неба этого не забудешь.