Долинский оглянулся на Дору и уронил шепотом:
- Да, прекрасна.
- Как она вас любила!.. Боже, какая это потеря! Долинский как будто пошатнулся на ногах.
- И за что такое несчастье!
- За что! За... за что! - простонал Долинский и, упав в колена Веры Сергеевны, зарыдал как ребенок, которого без вины наказали в пример прочим.
- Полноте, Нестор Игнатьич,- начал было Кирилл Сергеевич, но сестра снова остановила его сердобольный порыв и дала волю плакать Долинскому, обхватившему в отчаянии ее колени.
Мало-помалу он выплакался и, облокотясь на стул, взглянул еще раз на покойницу и грустно сказал:
- Все кончено.
- Вы мне позволите, m-r Долинский, заняться ею?
- Занимайтесь. Что ж, теперь все равно.