— Может ли, — говорю, — это быть!
— Конечно, это так было.
— А что, — говорю, — надо думать о женщине Павле? Бабушка на меня взглянула и отвечает:
— Что же такое? Женщина Павла была Фрапошкина жена; была она очень горестная, и Голован ее приютил.
— А ее, однако, называли «Головановым грехом».
— Всяк по себе судит и называет; не было у него такого греха.
— Но, бабушка, разве вы, милая, этому верите?
— Не только верю, но я это знаю.
— Но как можно это знать?
— Очень просто.