— Во всяком случае он русский.
— О да! русский, у него какая-то таинственная история.
— Политическая?
— Кто его разберет! но, кажется, политическая.
— По какому делу он сюда сбежал?
— Право, не знаю, да и знает ли он сам об этом — сомневаюсь.
— Он не сумасшедший?
— Разве с точки зрения доктора Крупова.
— И не плут?
— Нет, он по-своему даже очень честен: да вот вы сами в этом убедитесь.