— Да, пустили.
— И вы рассказали этому дипломату всю вашу историю?
Шерамур посмотрел на меня, как делал всегда, когда ему не хотелось говорить, и отвечал:
— Ничего я ему не рассказывал.
Но я не мог позволить ему так легко от меня отделаться и пристал:
— Отчего же вы не рассказали? Ведь вы же с тем пошли…
— Да что ж, как ему рассказывать, если он не вышел.
— Что это за мучение с вами: «приняли», «не вышел», — говорите толком!
— Лакей пустил и велел пять минут подождать. Я подождал пять минут, а потом говорю: пять минут прошло. Лакей говорит: «Что делать, — monsieur,[34] верно, позабыл». А я говорю: «Ну так скажи же своему monsieur, что он свинья», — и ушел.
Я просто глаза вытаращил: неужто это и все, чем кончилась моя затея?