«Мне, — говорит, — до дворников дела нет».
«Разумеется, — говорю, — мой друг, разумеется! Комнатку себе, что ли, наняла?»
«Нет, — отвечает, — квартиру взяла, с кухаркой буду жить».
Вон, вижу, куда заиграло! «Ах ты, хитрая! — говорю, — хитрая! — шутя на нее, знаешь, пальцем грожусь. — Зачем же, — говорю, — ты меня обманывала-то, говорила, что к мужу-то поедешь?»
«А вы, — говорит, — думаете, что я вас обманывала?»
«Да уж, — отвечаю, — что тут думать! когда б имела желание ехать, то, разумеется, не нанимала б тут квартиры».
«Ах, — говорит, — Домна Платоновна, как мне вас жалко! ничего вы не понимаете».
«Ну, — говорю, — уж не хитри, душечка! Вижу, что ты умно обделала дельце».
«Да вы, — говорит, — что это толкуете! Разве такие мерзавки, как я, к мужьям ездят?»
«Ах, мать ты моя! что ты это, — отвечаю, — себя так уж очень мерзавишь! И в пять раз мерзавней тебя, да с мужьями живут».