— Что ты лежишь, сестра? — спросил вслух Костик, ставши ногою на приставленную к печке скамью и нагнувшись над самым ухом Насти.
— Не по себе, братец! — отвечала Настя и поднялась, опершись на один локоть.
— Что так не по себе?
— Голова болит.
— Живот да голова — бабья отговорка. Поешь, так полегчает. Вставай-ка!
— Нет, брат, силушки моей нет. Не хочу я есть.
— Ну, не хочешь, поди так посиди.
— Нет, я тут побуду.
— Полно! Вставай, говорю.
Костик скрипнул зубами и соскочил с скамейки. Настя охнула и тоже спустилась с печи. Руку ей смерть как больно сдавил Костик повыше кисти.