— Что?
— Да баб-то женатому целовать.
— А то неш не гажо́?
— Да еще при людях! Что проку при людях-то целоваться? — проговорил кто-то из баб.
— Да где ж ты ее без людей поцелуешь? — спросил Степан.
— О, болезный! Не знаешь, смотри, где.
Степан засмеялся, обмахнул сбитую с него Натальею шляпу и, тряхнув русыми кудрями, сказал;
— Прощайте, бабочки.
— Прощай, — отвечали несколько женщин, с удовольствием глядя на красивого Степана.
— Неси тебя нелегкая! — проговорила все еще красная от крепких поцелуев Наталья.