— Что мелешь! Острога неш нет. Как требовать-то в таком деле.
— Горе наше с тобой.
— Не радость.
— Как же теперь быть?
— И сам не знаю.
— Донести еще денег, что ли?
— Не поможет, уж это видно, что все на обман сделано.
Горевали много. Однако порешили бежать, как потеплеет. Настя была в большом затруднении. Ей хотелось скрыться, пока никто не знает о: ее беременности.
Так ей не привелось сделать.
На масленице, наигравшись и накатавшись, народ сел ужинать, и у Прокудиных вся семья уселась за стол. Только что стали есть молочную лапшу, дверь отворилась, и вошел Гришка.