— То-то. Вперед не баловайся да мужа почитай.
— Буду почитать.
— Ну, бог простит; ступай.
Баба поклонилась и вышла.
— Хорошо вы ее? — спросил смуглый мужичок ребят, исполнивших экзекуцию.
— Будет с нее. Навилялась во все стороны.
— Избаловалась баба; а какая была скромница в девках.
— Ты ба не так ее, Михаила Петрович, — заметил старшине черный мужик, — надо ба ее не токма что наказать, а того-то ба, половенного-то Сидорку призвать.
— Его за что?
— Нет. Я не про то. Я говорю, чтоб его-то заставить ее побрызгать-то. Из любой руки, значит.