Минутка. Ох, Иван Максимыч! ох, Иван Максимыч! Как вы плохо еще его знаете! Фирс не то, что на земле есть, а что под землею-то, и то он на семь аршин вглубь видит.
Молчанов. О, да бог с вами! Стоит ли он того, чтобы о нем постоянно думать! Но если вы уж непременно желаете делать секрет из вашего визита, то я сейчас принесу ключ от садовой калитки и через сад вас выпущу.
Минутка (останавливая его). Он нынче ночью ходил на телеграф и отправил в Петербург депешу своему поверенному и другую… (на ухо) Ефиму Гуслярову… мужу Марины Николавны.
Молчанов (вздрогнув и сжимая руку Минутке). Тссс.
Минутка (тревожно). Разве нас кто слышит?
Молчанов. Нет… не то… (Живо.) О чем депеша Гуслярову?
Минутка (пожимая плечами). Не знаю.
Молчанов делает нетерпеливое движение.
Не знаю, Иван Максимыч, не знаю и узнавать не хочу, потому что из его депеши ничего не узнаешь. Он пошлет депешу, что овса или гречи больше не требуется, а читать это следует: «потребуй к себе свою жену».
Молчанов вздрагивает.