Челночек (Марине). Не своей волей, Марина Николавна: начальство приказывает. (Глядя на Князева.) Должны мы, его подначальные, слушаться. (Кивает полицейским.) Подай веревочку!
Князев (полицейским). Ну, что ж вы стали! двое берите!
Два полицейских солдата с выражением тупого равнодушия и трое мещан, потупив глаза, берутся за Марину и завязывают ей руки за спиною.
Марина. Ха-ха-ха-ха! всем миром ухватитесь! (Нервно.) Холопы Князева! (Вдруг бледнеет. Лицо ее искажается муками. Нетерпеливо.) Прочь! прочь! Прочь, я больна… Вам говорю, я… дайте сесть мне… закон больных щадит.
Дробадонов (с поднятым над головою тяжелым железным заступом, громовым голосом). Прочь! распластаю!
Полицейские и мещане, держащие Марину, бросают ее и быстро отскакивают в стороны.
Марина (Дробадонову тихо и сквозь сжатые зубы). Калина Дмитрич, развяжи!
Квартальный (солдатам). Освободи ее.
Дробадонов (срывая веревку с руки Марины). Уже освободили.
Марина (шатается, схватывается за край одной кади и, поддерживаемая Дробадоновым, тихо опускается на пол. Черты лица ее страшно искажены внутреннею болью). Воды мне!.. снегу!.. льду!.. Я умираю!..