— По расчету, как здесь написано, выходит, что казнь Райнера должна совершиться утром послезавтра.
— Да… его будут расстреливать? — произнесла Лиза тем же шепотом, водя по комнате блуждающими глазами. — Его будут расстреливать? — спросила она громче, бледно-зеленое лицо ее судорожно искривилось, и она пошатнулась на табурете.
Ее с одной стороны схватила Женни, с другой Вязмитинов. Евгения Петровна плакала.
— Отойдите от меня, — проговорила тихо Лиза, отводя от себя руками.
Она твердо встала, спросила свой капор, надела шубу и стала торопливо прощаться.
Евгения Петровна уцепилась за нее и старалась ее удержать силою.
— Отойдите прочь от меня, Женни, — с гробовым спокойствием прошептала Лиза и, оторвав пальцы Евгении Петровны от своей шубы, вышла за двери.
— Что это такое? — добивался Вязмитинов. — Любила она его, что ли?
Евгения Петровна с полными слез глазами отошла к окну и ничего не отвечала.
Николай Степанович хотел расспросить об этом жену после своего возвращения от начальника, но Евгения Петровна, которая уже была в постели, заслышав в зале его туфли, крепко закуталась в одеяло и на. все шутливые попытки мужа развеселить ее и заставить разговориться нервно проронила только: