— За бедных?.. — Домовладелица задумалась и, наконец, сказала: — Пусть кто хочет выходит; но я моих дочерей отдам за купцов…
— За человека страшно!* — произнес, пожимая плечами и отходя в сторону, Зарницын.
— Просто дура, — ответил ему кто-то.
Зарницын сел у окошечка и небрежно переворачивал гласированные листы лондонской русской газеты.
— Что читаешь? — спросил его, подсаживаясь, Розанов.
— «Слова, слова, слова»*, — отвечал, снисходительно улыбаясь, Зарницын.
— Гамлет! Зачем ты только своих слов не записываешь? Хорошо бы проверить, что ты переговорил в несколько лет.
— «Слова!»
— Именно все вы, как посмотришь на вас, не больше как «слова, слова и слова».
— Ну, а что твой камрад Звягин, с которым вы университет переворачивали: где он нынче воюет? — спрашивал за ужином Ипполита Вязмитинов.