— Это так есть.
Опять началось долгое молчание.
— И другого ничего?
— Ксендз каноник может мне верить.
— Я верю, — отвечал каноник и после долгой паузы сказал: — Я желаю, чтобы вы мне изложили, почему вы так действовали, как действуете.
— Я сходился и наблюдал; более я ничего не мог делать.
— Почему вы уверены, что, кроме этих господ, нет других удобных людей?
— Я с ними сходился: здешние почти все в этом роде.
— В этих родах скажите: они все разно мыслят.
— Таковы все; у них что ни человек, то партия.