— И судить его.
— За что судить? Пусть объяснится.
— Где ж собираться?
— У маркиза, послезавтра, у маркиза.
— А завтра там?
— Ну да, только одни свои.
Завтра уже во всех либеральных кружках Москвы заговорили о бывшей у Богатыревых сходке и о последовавшем затем внезапном аресте молодого Богатырева.
Не очень чуткое ухо могло легко слышать, как при этих рассказах вполголоса поминалось имя Райнера.
Содержание этих полголосных рассказов, вероятно, было довольно замысловато, потому что доктор, услыхав один такой разговор, прямо объявил, что кто позволяет себе распускать такие слухи, тот человек нечестный.
Теперь доктор догадывался, каких от него потребуют объяснений, и собирался говорить круто и узловато.