— Гааа! И красные молчат?
— Может быть и говорят, только шепотом.
— Так там решительно тихо? Гааа! Нет, в этой сторонушке жить дольше невозможно.
«Да, — думал доктор, — в этой сторонушке на каких вздумаешь крыльях летать, летать просторно, только бывает, что сесть некуда».
— Ваш документ, мой милый, отлично сделан. Я его показывала юристам.
— Напрасно и беспокоились, я его писал, посоветовавшись с юристами, — отвечал Розанов.
— Я порешила с вашей женой: я возьму ее с девочкой на антресоли и буду…
— Оставьте, пожалуйста, маркиза: я этого, не могу равнодушно слушать.
— Вашей девочке хорошо будет.
— Ну, тем лучше.