— Что говорить, — отрицает фистула.
— Нет, я вас спрашиваю: это порядки или нет?
— Какие порядки!
— С гробовщиков-то и с столарей одну подать брать — порядки это?
— Как можно!
— А-а! Поняли тнперь. Наш брат, будь я белодеревной, будь я краснодеревной, все я должон работу в своем виде сделать, а гробовщик мастер тленный. Верно я говорю или нет?
— Выпьемте, Петр Семенович.
— Нет, вы прежде объясните мне, как, верно я говорю или нет? Или неправильно я рассуждаю? А! Ну какое вы об этом имеете расположение? Пущай вы и приезжий человек, а я вот на вашу совесть пущаюсь. Ведь вы хоть и приезжий, а все же ведь вы можете же какое-нибудь рассуждение иметь.
За другою дверью, справа, шел разговор в другом роде.
— Простит, — сквозь свист и сап гнусил сильно пьяный мужчина.