Агата, произнося эти слова, подняла стакан, выпила его одним приемом и захохотала.
— Нет, она, господа, пьяница будет, — шутила madame Мечникова, находившаяся, так же как и все, под влиянием вина, волновавшего ее и без того непослушную кровь.
Девушка встала, хотела пойти и споткнулась на ногу Красина.
— Пьяна, пьяна, — твердили, глядя на нее, и хозяйка и гости.
— Пьяна? Вы говорите, что я пьяна? А хотите я докажу вам, что я трезвее всех вас? Хотите? — настойчиво спрашивала Агата и, не ожидая ответа, принесла из своей комнаты английскую книгу, положила ее перед Красиным. — Выбирайте любую страницу, — сказала она самонадеянно, — я обязываюсь, не выходя из своей комнаты, сделать перевод без одной ошибки.
Красин заломил угол страницы и подал книгу Агате; та повернулась и пошла в свою комнату.
— Я буду смотреть за вами, — проговорил Красин и вышел вслед за нею.
Девушка присела к окну и торопливо писала карандашом поставленный на спор перевод, а Красин, положив ногу на ногу, нежился на ее оттоманке.
С небольшим через полчаса Агата перечитала свой перевод, сделала в нем нужные, по ее соображению, поправки и, весело спрыгнув с подоконника, выбежала в залу. Через несколько секунд она возвратилась совершенно растерянная, сминая исписанный ею полулист бумаги.
— Что сказали? Мне лень встать, — спросил ее Красин.