— Помилуйте, такие сцены.
— Там невежество крестьян выставляется.
— Да не в том, а что ж это: все это до голой подробности, как в курсе акушерства, рассказывается…
— Да ведь это все так бывает!
— Помилуйте, да мало ли чего на свете не бывает, нельзя же все так прямо и рассказывать. Журнал читается в семействах, где есть и женщины, и девушки, нельзя же нимало не щадить их стыдливости.
— Будто они, вы думаете, не понимают! Они все лучше нас с вами всё знают.
— Да извольте, я и это вам уступлю, но пощадите же их уши, дайте что-нибудь приличию, пожалейте эстетический вкус.
— Нужно развивать вкус не эстетический, а гражданский.
Папошников добродушно рассмеялся и, тронув блондина за руку, сказал:
— Ну разве можно описывать, как ребенок, сидя на полу, невежливо ведет себя, пока мать разрядится? Ну что же тут художественного и что тут гражданского?