— Пять целковых.
— Подлец! Ах ты, подлец; ах ты, рожа всероссийская!
— Чего же ругаться-то! — возразил извозчик.
— Как же не ругаться? пять рублей просишь человека в город отвезть!
— Человека отвезть! Да вы его теперь какого сделали, а он если за пять целковых у меня в пролетках очерствеет, да я и отвечай! Да я — черт с вами и совсем… Но! — и извозчик покатил.
Бенни, слышавший весь этот разговор, испугался, что извозчик уедет, и в отчаянии закричал ему, чтобы он остановился и взял человека, а что пять рублей ему будет заплачено.
Извозчик остановился, но потребовал, чтобы ему деньги были заплачены прежде, чем посадят его.
Бенни отдал ему деньги, которые извозчик пощупал, повертел и, наконец, с некоторою отчаянностию сунул… Э, мол, была не была: настоящая, так настоящая, а красноярка, так красноярка![47]
Теперь оставалось только поднять его и посадить на дрожки.
Предприниматели взялись за меньшого брата, подняли его и потащили; но меньшой брат, на их горе, неожиданно проснулся и спросонья во все мужичье горло заорал: «ка-р-раул!»