— Дать двадцать!
Зеленский только было рот раскрыл, чтобы возразить, а тот остановил:
— Дать двадцать!
— Слушаю-с.
На другой день спрашивает:
— А что больной с miserere: дали ему двадцать капель?
— Дали.
— Ну, и что он?
— Умер.
— Однако проняло?
— Дать двадцать!
Зеленский только было рот раскрыл, чтобы возразить, а тот остановил:
— Дать двадцать!
— Слушаю-с.
На другой день спрашивает:
— А что больной с miserere: дали ему двадцать капель?
— Дали.
— Ну, и что он?
— Умер.
— Однако проняло?