— Молчи, поп, не ворчи: что взято, то свято, а ты хоть в семинарии учен и лозой толчен* — да малосмыслен.
— Чем так?
— А тем, что или ты не видишь, что бригадирша стареет и со света сходит, а ее сын к самой сильной поре приходит? Что же ты, как если против него неугодное сделаешь, то ведь ты в погребу весь свой век не отсидишься, а как вылезешь, то тогда и тебе и нам всем за тебя худо будет. Неужли ты не знаешь, что день встречать надо, становясь лицом к восходящему солнцу, а не к уходящему западу.
Поп, ее загадки прослушав, и начал стужаться* и спрашивать:
— Вижу, — говорит, — свою промашку, да что ж теперь сделаю?
А она отвечает:
— Ты не сделаешь, а я сделаю.
Поп еще больше испугался.
— Ты, — говорит, — гляди, что еще не задумала ли?
А она отвечает: