Фебуфис привстал при их входе и, держа правую руку на перевязи, левою открыл картину.
Высокий гость сразу обнял взглядом «Пандору», прищурил левый глаз и расхохотался — столько было в ней нескромного и в нескромном смешного. Картина, видимо, доставляла зрителям величайшее наслаждение и привела герцога в самое доброе расположение. Он протянул художнику руку. Тот извинился, что подает левую руку.
— Принимаю ее, — отвечал гость, — она ближе к сердцу. А кстати, я слышал, с вами случилась неприятность?
— Я не обращаю на это внимания, ваша светлость.
— Однако вас высылают из папских владений?
— Да.
— В этой истории я оказываюсь немножко причинен… Я был бы очень рад быть вам полезен.
— Я на это не рассчитывал; но вы были мой гость, и я не хотел, чтобы о вас говорили неуважительно.
— Вы поступили очень благородно. Сколько стоит «Кранах»?
Фебуфис сказал цену.