«Позвольте! ведь это немысли́мо — это… не от Степеневых карета… у нас Мирон-кучер называется!»
А меж тем его обманом усадили в другую карету, с той самой старушкой, с моей-то с благочестивой попутчицей, у которой все в вифлиемции, и увезли к ней!
Аичка вмешалась и сказала:
— Что же — это так и следовало.
— Почему?
— У нее больные, а у вас нет.
Мартыновна не стала спорить и продолжала:
— Я к помощнику, говорю:
«Помилуйте, господин полковник, что же это за беспорядок!»
А он еще на меня: