— Отчего ж это?
— Не знаю. Сначала дремота, и спать хочу, а потом вдруг как кот… и от кота бурко́та…
— Молилась бы на ночь.
— Извольте!.. Еще как и молюсь! И батюшке все говорила, и он все, все, все мне разъяснил, как это и называется, что блюд и что преблюдеяние, но все это ничего не значит! Встань, пожалуйста, на стул — задерни занавеской заступницу.
— Не хочу.
— Нет, сделай милость, закрой ее!
Праша встала и задернула образ ситцевой занавеской.
Тогда Зинаида Павловна ее попросила:
— Возьми, пожалуйста, достань там сткляночку…
— Неужели еще пить станешь?