— Ой, гляди, девка!
— Авось-небось, — смеясь отвечала Паша.
Тем временем от Рощихина сына письмо пришло, что нашел он себе невесту и просит у матери родительского благословения, а через месяц сам приехал и портрет невестин привез.
— Что? — говорила с укором дьяконская дочь Паше.
— Что? Ничего, — отвечала Паша.
——
У нас, на Гостомле, летом бывает очень хорошо, особенно когда сирень цветет. У нас уж такое заведение по хуторам, что сирень садят под самыми окнами; так она, как распустится, так и лезет в комнаты. Воздух тоже в это время бывает у нас хороший, и жить в это время очень хочется. Природа у нас здоровая, сильная: долго стоят холода, а уж как пройдет холод, как начнет все разворачиваться, так только забирай. Одно за другим зреет, одно за другим падает.
Раз лежит Рощихин сын в постели; не заснул он еще и книжку читал, а из окошка хлоп в него сорванная кисть сирени.
Посмотрел он в окно: никого нет.
Через два дня опять та же история, через день еще, и еще через день Параша забыла ему принести графин с водою.