"Нельзя, - говорит, - Марочка, там в большой горнице дед Марой молится".
"Ага! вот, - думаю, - так и есть, что что-нибудь по вере сталось", - а тетка Михайлица и начинает:
"Ты ведь, Марочка, небось ничего, дитя, не знаешь, что у нас тут в ночи сталось?"
"Нет, мол, второродительница, не знаю".
"Ах, страсти!"
"Расскажите же скорее, второродительница".
"Ах, не знаю как, можно ли это рассказать?"
"Отчего же, - говорю, - не скажете: разве я вам какой чужой, а не вместо сына?"
"Знаю, родной мой, - отвечает, - что ты мне вместо сына, ну только я на себя не надеюсь, чтоб я могла тебе это как надо высловить, потому что глупа я и бесталанна, а вот погоди - дядя после шабаша придет, он тебе небось все расскажет".
Но я никак не мог, чтобы дождаться, и пристал к ней: скажи да скажи мне сейчас, в чем все происшествие.