1 сентября получено заслуживающее внимания письмо, адресованное на имя уездного начальника от сусамырского киргиза Сапропекова, где он на мусульманском языке между прочим писал:
«Два техника, два солдата с одним русским рабочим и три татарина 12 августа, благодаря содействию киргиз Сусамырской волости Биялы Максимова, Баракана Байбасунова, совместно с другими киргизами освобождены. До 18 августа эти русские были охранены нами на местности «Чар», после этого мы все с окарауливаемыми нами лицами переехали в местность «Алтыгана», откуда полагали отправить их в селение Беловодское, но в это время от нашего волостного управителя поступило сообщение, что к нему, волостному, приехал избаскендский участковый пристав и, остановившись на местности «Тер-Джойляк», приказал доставить всех русских к нему. 19 августа, согласно этому, нами эти лица были доставлены приставу. По приказанию пристава на местности «Кобук» были выставлены юрты для идущих войск, с коими пристав намеревался поехать в долину «джумгал», но ожидаемое войско в течение трех дней не прибыло в означенную местность. Когда приезд этих солдат не предвиделся, тогда я со своей стороны послал человека к киргизам Черикчинской волости Труспеку Черикчину, Касымбеку, Урестемову, Чиныбаю и Абдрахману Труспекову с просьбой, если они остались верными государю и начальству, об освобождении русской барышни, находящейся в их волости. Они согласились отправить ее, тогда я командировал своего брата Имаммусы Айдарханова с 3 джигитами для ее доставки.
Названная барышня в сопровождении киргиза Черчикчинской волости Чоныбая Касымбекова и с моими посланными прибыла ко мне в аул, затем я с Чоныбаем Касымбековым барышню эту доставил к г. избаскендскому участковому приставу. 26 августа мною задержан неизвестный беглец. Несмотря на заявление этого беглеца, что он турок, я доставил его тому же приставу; этот беглец оказался германцем, что было установлено во время разговоров с техниками у пристава, и у этого беглеца найдены разные планы.
Избаскендский пристав со всеми техниками и барышней с конвоем 15 чел., с германцем и указанными выше, не дождавшись войска, поехал 28 августа обратно в Андижан[58].
8 сентября ивановский волостной старшина донес, что киргизы в этот день опять напали на крестьян, бывших на пашне, убили 13 человек и угнали их лошадей. Из киргизских волостей пригородного участка присоединились и бежали к мятежникам 800 кибиток Иссыгатинской волости и 444 кибитки Чумичевской волости, но и эти волости нападений на пригородные села не делали, а лишь бежали из пределов своих волостей.
Пишпекский уезд состоит из 3 участков: Пригородного, Токмакского и Беловодского, почему как в статистическом, так и в экономическом отношениях он мною и подразделен. Экономическое положение киргиз Пригородного участка, бежавших было к мятежникам и теперь возвратившихся — бедственное, вследствие потери ими почти всего имущества и скота, а киргиз этого участка, не принимавших участия в восстании, — удовлетворительное.
Что касается киргизского населения Беловодского участка, то с переходом в оседлось они сократили скотоводство, рассчитывая приступить к хлебопашеству, но ввиду недостатка воды встретили затруднение и вследствие этого, пока находятся в экономическом отношении в неблагоприятных условиях; мятеж на их экономическом благосостоянии не отозвался[59] и скот и имущество даже и перебитых киргиз Джамансартовской, Тлеубердинской, Бакинской, Карабалтинской и Монохоновской волостей отобраны не были.
Самый большой в смысле восстания по численности волостей был Токмакский участок, из которого только 2 волости Николаевская (Дунганская) и Карабулакская оставались индиферентными, остальные волости, одни в полном составе, а другие частью, присоединились к мятежникам.
Киргизы этого участка, собравшись большими скопищами, вооруженные, главным образом, пиками (собственного изделия), палками, суюками, и отчасти ружьями, одновременно начали отбивать у мирного населения скот, делать массовые набеги на села, производить грабеж, делать поджоги и убийства и пленение русских, что и продолжалось с утра 8 августа вплоть до конца сентября м-ца, т. е. до прибытия достаточного числа войск для подавления мятежа, когда все мятежники этого участка с семьями, имуществом, скотом под прикрытием своих вооруженных скопищ удалились в долину Кочкар, Джумгал и Сырты.
Экономическое состояние русского населения в этом участке после мятежа следует считать подорванным настолько, что на восстановление большей части его потребуется в значительной мере правительственная помощь, тогда как до мятежа благосостояние русского населения не оставляло желать ничего лучшего, а экономическое состояние русского населения до мятежа было более, чем удовлетворительное, а теперь они, конечно, разорены.