п. 2. Беспорядки начались 8 августа с раннего утра в пределах станции Самоновской и селений Рыбачьего, Новороссийского, Быстрорецкого, Белопикетского, Орловского, Покровского, Токмакского, Юрьевского, Ивановского и Новоалександровского.
п. 3. Мятежники-киргизы Сарыбагишевской, Атекинской, Тынаевской, Нурмамбетовской, Байсеитовской и Джанышевской волостей большими скопищами, вооруженные главным образом пиками (собственного изделия), палками, суюлами и отчасти ружьями, одновременно начали грабить у русского населения скот, делая массовые набеги на села и производя грабежи, поджоги, убийства и пленения русских, что продолжалось с 8 августа до конца сентября, когда прибыло достаточное количество войск и мятежники были окончательно рассеяны.
п. 4 Административною властью принимались меры только лишь к приведению русского населения в оборонительное состояние, где это было возможно; со стороны же военных частей силой оружия приняты меры к окончательному изгнанию мятежников.
п. 5. Организация по селам дружин и прислание таковой из Пишпека совместно с войском не дали возможности мятежникам разгромить селение Ивановское и Токмак, несмотря на повторяемые ими несколько раз массовые набеги на эти села.
п. 6. Пострадавших из чинов русской администрации было в загорных волостях — чиновник Мельшиков, волостные писаря — Александров, Сахнов, Важенин, Камов, Гаврилов и полицейские Стразенин, Плузеников, причем первые пять убиты, а двое последние пропали без вести. Из русского населения Токмакского участка убито 73 человека, ранено 12 и пропало без вести 65 человек. Пострадало хозяйств: сожжено домов 600, сожжено разграблено (заимок) 356, уничтожено посевов 12 000 десятин, истреблено живого и мертвого инвентаря на 30 000 р., всего причинено убытков приблизительно на 500 000 р. Вр. и д. уездного начальника Попков (Могрин).
ЦАУ Кирг. АССР, фонд мятежа киргиз 1916 г., по описи 72 и 44 за 1916–1917 гг., стр. 16–18.
№ 21. Рапорт туркестанскому генерал-губернатору Его Высокопревосходительству Господину Туркестанскому генерал-губернатору.
О событиях, происшедших в сентябре месяце 1916 г. в Лепсинском уезде, я получил несколько писем; из этих отдельных писем с отрывчатыми и разрозненными содержаниями и из личных рассказов нескольких человек, проезжавших через Черняев, выявляется общая картина событий в Лепсинском уезде.
Около середины июля 1916 г. начальник уезда Авроё собрал в Лепсинске представителей киргизского населения, объяснил им сущность Высочайшего указа 25 июня; киргизы после его разъяснений спокойно разъехались и ничто не предвещало печальных событий. Управители, уважаемые старики, народные судьи собирались, совещались и во многих [случаях] даже приступили к составлению списков рабочих; многие из них поняли, что перед ними стояла тяжелая и ответственная задача; и, забыв внутренние распри, приступили к справедливой разверстке требуемого числа рабочих, но алчным людям, привыкшим пользоваться малейшим поводом для обирания населения, очевидно, не хотелось упускать такого благоприятного для них момента.
В то время, когда в остальных волостях было тихо и Спокойно, управитель Маканчи-Садыровской волости Касым Джакамбаев и его приближенные — народный судья Окыш Омаров и Джексембек Князев — стали требовать с киргиз своей волости денег и скот, обещая освободить их от повинности, некоторые, не щадя своего имущества, начали откупаться, другие, возмущенные их открытым вымогательством, порицали их действия.