Компания невелика: сам Бессемер, его старый товарищ и соучастник Лонгстон, его зять Аллэн — он будет директором завода — и еще братья Галловэй — машиностроители из Манчестера. Эти последние, должно быть, участники поневоле. Они уже раз связались с Бессемером, купив у него года два назад лицензию на выделку железа по его способу, а теперь не знают, как выручить обратно пропавшие деньги. За неимением лучшего, они обменяли эту лицензию на паи нового предприятия.
Получив эти сведения Джон Браун решил, что он имеет все основания совершенно не интересоваться тем, что делается на соседнем участке. Эти «сталелитейщики» не конкуренты ему, сэру Джону Брауну, заработавшему себе даже дворянство за производство замечательной тигельной стали, способ выделки которой — результат более чем векового опыта.
А между тем на соседнем участке вытянулся ряд довольно даже щеголеватых, из светлого кирпича с отделкой из песчаника мастерских, поднялась высокая труба. Построено было с дюжину печей, поставлены лобовые молота, а несколько позже и большой паровой молот, был установлен конвертор и все необходимые к нему механические приспособления.
Конвертор в Шеффильде был совсем непохож на установленный на заводе Бессемера в Лондоне. По своей форме он уже был почти тождественен с нашим современным. Самый принцип подвижности конвертора и отдельные детали его были уже давно придуманы Бессемером, как это ясно видно из его патентов 1855—1856 гг. (например, полая цапфа, служащая для подвода воздуха). Но только в Шеффильде все эти детали впервые нашли свое осуществление. Первый конвертор в Шеффильде приводился в движение от руки. Через два года было придумано гидравлическое приспособление.
Завод начал работать летом 1858 года.
Джон Браун упорно не проявлял ни малейшего интереса к тому, что делалось у соседа. А между тем новые фабриканты оказались очень странными людьми.
Абсолютная тайна производства была одним из основных принципов коммерческой мудрости шеффильдских сталелитейщиков. Но фирма «Генри Бессемер и К° Лимитет» держала ворота завода настежь открытыми для всех, желающих ознакомиться с производством стали по новому способу. Да это и понятно. Завод был выстроен в назидание и для распространения бессемеровского способа среди шеффильдских фабрикантов.
«Эти заводы были выстроены, — пишет Бессемер в своей автобиографии, — как из коммерческих соображений, так и для того, чтобы являться пионером или школой, где новый процесс в течение целого ряда лет показывался всякому фабриканту стали или железа, который пожелал бы взять лицензию и работать по моим патентам. Всем им было позволено или лично или через своих директоров смотреть, прежде чем они возьмут лицензию, как перерабатывается их собственный чугун».
Но Джон Браун все продолжал проявлять прежнее безучастие к тому, что происходило за стеной его завода, отделявшей его от «Генри Бессемера и К°».
И так продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный день все в том же 1858 году к Брауну, вдруг довольно неожиданно, зашел полковник Вильмотт. Полковник Вильмотт — лицо очень важное и авторитетное. Он ни кто иной, как начальник артиллерийских заводов Вульвичского арсенала.