Оглядываясь во все стороны, Лейбе пошел сначала прямо, потом влево, потом свернул в переулок и пропал.
— Вот чорт, — сказал Ирмэ. — Не заговори он, не признал бы ни в жисть.
— Постарел он, — сказал Хаче, — или оттого, что борода? Его в Рядах сколько не было?
— С начала войны, — сказал Ирмэ. — Два года.
— Как он сказал — Рыкша?
— Рымша, Людвиг. Рымша, — сказал Ирмэ. — Латыш.
— Латыш, так латыш, — сказал Хаче. — А парень он — что надо.
— Ого! — сказал Ирмэ.
Верхом на ковыляющей кобыле подъехал мужик.
— Эй, ковали! — крикнул он густым басом.