Папа прежде всего спросил Яна, что он за человек и какого исповедания.
Ян ответил подобострастным голосом:
— Я такой человек, который потребен нашему святейшеству. Я составляю добрую половину светского человека, однако же и духовным быть не откажуся. Да…[1] А исповедания я такого же, как и моя хозяйка.
Папа сейчас же велел привести хозяйку Яна, которая, трепеща от страха, предстала перед его святейшеством.
Папа тотчас же спросил о ее вероисповедании.
Объятая страхом женщина, поклонясь, положила к его ногам червонцы, которые тут же удостоверили папу, что она самая ревностная блюстительница католического закона. Папа доверчиво посмотрел на червонцы, потом на женщину и улыбнулся.
За этого похвалою последовали разговоры самого откровенного характера, и они бы продолжались еще дольше, если бы не пришли несколько кардиналов и не нарушили бы их беседы.
Папа снова обратился к Яну и спросил:
— С каким ты умыслом, оборачиваясь ко мне спиною, кланялся и как ты посмел это сделать на глазах у всего народа?
Ян поклонился папе и ответил так: