Черный ворон пролетал над Сосланом, и, увидев, что умирает Сослан, заплакал ворон:
— Осиротел я, Сослан! Как мне прожить без тебя? Все тропинки и ущелья заваливал ты дичью, и потому всегда мог я наполнить свою утробу. Кто теперь накормит меня?
— Напрасно сокрушаешься, — ответил Сослан. — Ничего не поправит теперь твой плач. Подлети ко мне ближе и насыться кровью моей.
— Как ты можешь говорить так, Сослан? Ведь душа моя горюет по тебе, — ответил ворон.
И, видя его искреннее горе, сказал Сослан:
— Если даже там, где сходится небо с землей, будет лежать падаль, ты всегда найдешь ее. Кровяным столбом обозначится то место, где лежит она, своими зоркими глазами найдешь этот столб и всегда будешь сыт. Пусть наградит тебя бог этим счастьем!
Улетел ворон. И тут над головой Сослана закружилась ворона и заплакала она:
— О, кто же будет теперь каждый день накрывать нам обильный стол? Кто будет заваливать для нас дичью ущелья? Как будем мы жить без тебя?
— Подлети поближе ко мне, — сказал ей Сослан. — Вон лежат мои отрезанные ноги, вот запекшаяся кровь — все равно гнить им без пользы. Поешь, насыть себя и не печалься напрасно.
Стала ворона клевать мясо его и кровь, и проклял ее Сослан: